Профсоюзы SOCAR также в ответе за гибель нефтяников

 

Чтобы ответить на эти вопросы, редакция ANN.Az связалось с Мирвари Гахраманлы, председателя Комитета по защите прав нефтяников. 

- Настоящая причина этой аварии - безответственность, игнорирование человеческого фактора; нечестное, несправедливое, неэффективное использование выделяемых средств,  синдром безнаказанности; не выяснение причин аварии или отсутствие нормального расследования, публичного оглашения его результатов, а также безнаказанность ответственных лиц. А как известно, безнаказанность чревата развитием криминала. 

 

- С 2009 года SOCAR должна была провести серьезные структурные изменения. С 2010 года по Азери-Чираг-Гюнешли (ключевые месторождения Азербайджана) мы наблюдаем спад добычи. Все свидетельствует о том, что SOCAR нужны соответствующие реформы. Ранее в Азербайджане действовали заводы нефтяного машиностроения, семь заводов из этой индустрии были закрыты, хотя могли бы быть отремонтированы и усовершенствованы для дальнейшей эксплуатации. 

При нефтяной компании действуют санэпидемстанции, различные лаборатории, которые я считаю лишними. Эти структуры могли бы быть приватизированы и действовали бы в будущем на частной основе, причем средства от их реструктуризации можно бы потратить на улучшение трудовых условий нефтяников.

Согласно 39 статье трудового кодекса, контроль над выполнением трудового законодательства должен осуществляться независимыми профсоюзами. Однако, у нефтяной компании нет независимых профсоюзов, рабочие даже сами не могут создать профсоюзную организацию, такой возможности им не дают. Профсоюзы SOCAR превратились в структуру, где защищаются права не рабочих, а работодателей. К сожалению, журналисты критикуют руководство SOCAR, но не затрагивают то, что за гибель нефтяников отвечают и профсоюзные организации. Кто-нибудь помнит, чтобы после случившихся трагедий  они выступили с каким-то заявлением, провели мероприятие в знак поддержки? В профсоюзных организациях SOCAR действуют 80 тысяч человек, ежемесячно рабочие отчисляют 2% своей зарплаты содержание этой профсоюзной организации. При всем при этом у них даже нет своей веб-страницы. 25% собранных налогов перечисляются в республиканский комитет профсоюзов, а последний в свою очередь перечисляет 12% из получаемой суммы в конфедерацию профсоюзов. Люди, которые таким легким путем зарабатывают деньги, даже не выступают в защиту рабочих, и это беспредел. 

- Такой факт имеет место быть. Нефтяная компания действительно оплачивает проекты, которая не имеет отношения к нефтяной промышленности. Если рассмотреть бюджет социальных инвестиций госнефтекомпании, то можно увидеть, что компания оплачивает даже содержание газет. SOCAR оплачивает строительство и ремонт больниц, оплачивает программу развития регионов. Однако, эти средства должны быть направлены на улучшение трудовых условий, покупку униформ, улучшения инфраструктуры. Социальные программы, финансируемые непосредственно компанией, должны быть направлены на развитие тех регионов, где проводится нефтедобыча.

 

- С 2011 года мы ведем точную статистику и считали, что самый высокий показатель был зарегистрирован в 2014 году, когда погибло 26 человек. Однако, 2015 год превзошел предыдущий из-за страшной трагедии, когда на мелководье Гюнешли и Нефтяных камнях погибло 35 человек. Отчет этого года мы еще не завершили. Возможно, количество погибших в этом году будет значительно меньше, но не от того, что улучшились условия труда. Повезло что на этой эстакаде было 10 человек, а не 30. Число аварийных участков с каждым годом растет. Это результат того, что выделенные средства используются не по назначению. Нефтяная компания на своем сайте часто пишет, что на каких-то участках проводятся ремонтные работы, но если гибель нефтяников на производстве имеют свои место, то значит, результат этих работ не эффективен. Средства должны использоваться прозрачно и пока эта проблема не решится, жертвы не прекратятся. 

 

 

- Самым лучшим спасением является изначальное обеспечение безопасности рабочим, а для этого нужно организовать им достойные условия труда. Надо подчеркнуть, что эта эстакада прошла учет в Нефтегазодобывающем управлении имени Наримана Нариманова как аварийная. 

Спасательные операции в Азербайджане организованы не так хорошо, в  целом эта сфера не так развита, как во многих нефтедобывающих странах. В качестве примера можно взять событие из недавнего прошлого, когда 4 декабря во время пожара на платформе номер 10 «Гюнешли» спасательная лодка упала в море и людей не удалось спасти. Работа по эвакуации, проводимая МЧС совместно с SOCAR, проходила на очень низком уровне. Эти люди могли быть спасены, если бы процесс был организован лучше. В этот раз времени не осталось даже для эвакуации. Причину события связали с нехорошими погодными условиями. При предыдущей аварии, которая произошла в этом году, МЧС не смогло обнаружить тела людей, однако обычные люди нашли их на побережье, а несколько трупов выплыли на побережье Туркменистана. 

 

Я против передачи Каспийской морской нефтяной флотилии SOCAR, ЗАО «Азербайджанскому Каспийскому Морскому Пароходству». Из-за этого при аварии SOCAR вынужден арендовать судно у Каспийского Пароходства. МЧС не имеет хорошо обученных водолазов для проведения спасательных работ вблизи нефтяных месторождений. Они должны пройти тренинги в развитых странах мира. Сейчас поисковые работы ведутся не на судах МЧС, эти судна были арендованы SOCAR и переданы сотрудникам министерства. 

- Это справедливый вопрос. В 2014 году на нефтяном промысле НГДУ имени Н.Нариманова было зарегистрировано три случая, последствием которых стала гибель пятерых нефтяников. Также в 2014 году произошла авария на НГДУ «28 мая» на о. Чилов, где погиб один нефтяник. В 2015 году также произошло два происшествия и как всегда виновными были названы плохие погодные условия. Платформы SOCAR были построены в советское время в соответствии с государственными стандартами того времени. Это вовсе не плохие стандарты, но со временем конструкции должны были заменить на новые. 

Для иностранных компаний человеческий фактор играет важную роль. 

Мне довелось побывать на платформе одной иностранной компании в Северном море. До посадки на вертолет я была обследована врачом, а затем меня обеспечили спасательным жилетом и провели специальной инструктаж. Я двадцать пять лет проработала в SOCAR, моя семья состоит из нефтяников – я прекрасно знаю эту сферу изнутри, но после того как я смогла сравнить условия работы у нас и на Западе, я пережила стресс.

Через каждые два часа работников платформ на Северном море обеспечивают фруктами. Согласно инструкциям компании, в случае пожара рабочий должен, в первую очередь, защитить себя, а затем своего товарища, который находится поблизости и только в конце, если они оба выжили, то должны позаботиться о производственном участке. То есть человеческий фактор превыше всего. 

Наш партнер - BP - имеет восемь золотых правил по безопасности. Инженер, который отвечает за безопасность, может поднять красную карточку и приостановить добычу, при этом он не обязан согласовывать свои действия с руководством компании. Здесь инженерам даны большие полномочия, поскольку они отвечают за безопасность рабочих. В первую очередь, SOCAR нужно провести тренинг среди руководителей производственных объединений. Им должны быть выданы сертификаты о том, что они знают правила безопасности трудового законодательства. Многие главные инженера управлений не знают, при какой скорости ветра надо остановить работу. Во всех управлениях работают юристы, однако многие из них не достаточно компетентны в области трудового права. В силу плохого знания трудового законодательства, рабочий персонал не отстаивает свои права о создании необходимых условий труда. 

Непрозрачно расходуются средства, выделенные на гидротехнические сооружения.

Самое худшее то, что в нефтяной компании человеческий фактор имеет низкое значение. Одной из этих причин является фактическое дублирование бюджетом нефтяной компании бюджета страны.

SOCAR представляет Азербайджан в "Контракте века" и по моему мнению, пока этот контракт будет действовать, компания не будет приватизирована. Последствия от приватизации будут как положительными, так и отрицательными. 

- Даже главный инженер не имеет права остановить добычу без разрешения вице-президента Хошбахта Юсифзаде. Несмотря на то, что это входит в полномочия главного инженера, ему не дают ими пользоваться. У SOCAR тоже есть свои золотые правила безопасности, даже их напечатанная форма установлена на стенах, но кто читает и кто выполняет эти правила?