Журналисты написали письмо из тюрьмы

Обвиненные в шпионаже турецкие журналисты, которые в настоящий момент находятся под стражей в стамбульской тюрьме, в письме BBC описали, через что им пришлось пройти и что они думают по поводу своего заключения.

Речь идет о Кане Дунбаре, главном редакторе оппозиционной турецкой газеты Cumhuriyet и его коллеге Эрдеме Гуле, возглавлявшем отделение издания в Анкаре.

"40 дней нас держали в полной изоляции. Мы были совсем одни в наших тюремных камерах. Это такое же наказание, которое получает убийца пятерых человек", — пишет Дунбар.

В ноябре журналисты были обвинены в шпионаже. Поводом для преследования стала опубликованная ими в мае 2015 года информация о тайных поставках оружия сирийским боевикам-исламистам турецкими спецслужбами. Возбудить уголовное дело потребовал лично президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, заявивший, что данные из опубликованного в Cumhuriyet расследования являются государственной тайной.

"Кто бы ни написал эту историю, он заплатит за это высокую цену. Я не допущу, чтобы он остался безнаказанным", — пообещал турецкий президент в прошлом году.

Дунбар в своем письме BBC отметил беспрецедентность решения Эрдогана.

"Впервые в истории турецкий президент лично потребовал возбудить уголовное дело из-за новостной заметки, которая даже не касается его лично", — пишет журналист.

По словам Дунбара, Эрдоган сам принял решение о вмешательстве в гражданскую войну в Сирии, поэтому и воспринял авторов этого расследования как своих личных заклятых врагов.

Журналист в своем письме также подверг критике и Евросоюз за сотрудничество с Анкарой по вопросам беженцев. "Очень удручает, что Запад закрывает глаза на растущий авторитаризм в Турции в обмен на лагерь для беженцев", — пишет он.

Гул, в свою очередь, отметил, что никакого обвинительного акта им предъявлено не было. "Правительство не может признаться, что мы на самом деле были арестованы за то, что занимаемся журналистикой. Оно пытается обманывать общественность, утверждая, что мы виноваты в чем-то другом", — пишет он.

Семьи арестованных журналистов имеют право приходить к ним раз в месяц для так называемого "свободным визита", когда они могут сидеть за одним столом и общаться без преграды в виде стеклянной панели. "Может, это нелепо, но я в некотором роде почувствовала облегчение, когда Кана арестовали, — признается его жена Дилек, отметив, что его "по крайней мере, не убили". По ее словам, некоторые журналисты проправительственных СМИ говорили ей, что и такой вариант развития событий возможен.

20-летний сын Кана Эге считает, что арест отца является "угрозой всем журналистам".